• Когда лягушки были драконами… Глава 9

    Глава 9.

    Если уж ты собрался сражаться со злом, будь добр, подумай о последствиях этой битвы. Вдруг окажется, что это самое зло, не такое уж и злое? А жертва, нуждающаяся в спасении, и злодей, в лапы которого она попала – суть одно? Да и нет, собственно, никакого злодейства, а как раз наоборот. И что, если вдобавок, случится кое-что даже похуже этого? Что если ты внезапно поймёшь, что правое дело, которому служишь, не такое уж и правое? Не выяснится ли, что свет, который ты пытаешься зажечь в самых дальних уголках Вселенной, светит только в одну, твою, сторону?

    Земляне покорили множество миров и всюду они утверждали свою правду и свои правила, превращая каждую колонию в некое подобие своей далёкой и любимой родины. Но правильно ли было то, что каждая обитаемая планета во Вселенной, становилась, по сути, копией Земли? Флекс всегда считал, что правильно. Считал. До тех пор, пока не оказался на Сироте…

    ***

    Когда первый шок прошёл, и Ранчер убедился, Дик Фламер не галлюцинация, единственное, что он смог произнести внятно, было:
    – Ну и кто же мне теперь поверит!

    Дик улыбнулся и присел на табурет, стоявший рядом с топчаном Ранчера. Помолчав несколько минут, он начал длинный рассказ о своих приключениях и обо всём, что ему удалось узнать…

    – Сирота – мир очень необычный. Когда Странник прилетел сюда, он поначалу ничего не мог понять. Так же как и я, и ты. Да и любой другой землянин ничего бы не понял, попади он на эту планету. Хотя тебе, конечно, было немного проще. Ты, в отличие от меня или Странника, отправляясь на Сироту, уже знал, что здесь что-то непонятное твориться. А мне полгода пришлось метаться от невероятного к невозможному, чтобы хоть в чём-то разобраться…

    Итак, Странник… Ключевая фигура во всей истории. Именно благодаря ему, Сирота раскрыла себя для людей.

    – А кем он был, этот Странник? – Флекс жадно слушал рассказ Фламера. Когда выяснилось, что его противник – один из тех, кого он должен был спасти, воинственный пыл в нём быстро погас, уступив место острому любопытству.

    – Ну, это вполне реальное лицо. Настоящее имя его, правда, не сохранилось, но в архивах ЦГИ, я узнавал у своих, храниться несколько документов, подписанных именно так – «Странник». Видимо этот человек хотел, чтобы его запомнили под этим звучным псевдонимом. Согласись, звучит очень романтично.

    – Да, это уж точно. И каков характер тех документов?

    – Это отчёты об экспедициях дальнего поиска. Странник был фанатиком Освоения, в самом его начале организовал «Галактический Фонд», умудрился привлечь в него громадные средства, лично участвовал в отправке кораблей, а однажды сам ушёл в полёт, вернуться из которого, ему было не суждено. Что с ним стало, на Земле так и не узнали. Ответ на этот вопрос нашёл я. Здесь. Странник перестал быть просто Странником, он превратился в Осевшего Странника.

    – Что же заставило его принять такое решение?

    – Я же сказал, Сирота – мир необычный. Странник, когда понял, куда он попал, просто не смог уже покинуть это место.

    – Интересно, чем же он так необычен, что человек забыл из-за него всё на свете?

    – Здесь водятся драконы.

    – В каком смысле? – Флекс удивлённо посмотрел на Фламера.

    – Поймёшь со временем. Лично мне потребовался для этого почти год. Но поверь, во всём, что здесь творится, нет, на самом деле, никакой мистики. Всё очень просто и, вместе с тем, настолько удивительно, что с трудом верится в реальность происходящего.

    Дело в устройстве планетного ядра. У Сироты оно состоит не из тяжёлых элементов, как у Земли и большинства других планет, а представляет собой сгусток первичной эктоплазмы. Эктоплазма – протоматерия, нечто среднее между веществом и энергией, она обладает свойствами и того и другого, и свойства эти поразительны. Так вот, эктоплазменное ядро создаёт вокруг планеты особое энергетическое поле, Странник назвал его М-полем. «М» – в смысле магическое.

    Взаимодействуя с биологической аурой хомо сапиенс, М-поле наделяет представителей рода людского просто потрясающими возможностями. Человек становится способным усилием мысли воздействовать на многие природные процессы, ускорять или замедлять ход времени, вызывать трансмутацию химических элементов, изменять генетический код у животных, леветировать, длительное время обходиться без пищи, воды и воздуха. Да мало ли! И всё это безо всяких машин и приборов. Ну, конечно, здесь тоже есть свои нюансы. Не у всех людей одинаковая чувствительность к воздействию М-поля, некоторые на него почти совсем не реагируют, зато у других эта реакция безмерно велика.

    – Маги!

    – Да маги. Основная часть населения способна, благодаря взаимодействию с М-полем, вылечить за пять минут насморк или мигрень, или вырастить особо крупные помидоры, но есть индивиды, возможности которых и впрямь внушают уважение.

    Такие становятся волшебниками. В Академии Магии будущих колдунов учат правильно использовать свой дар. За те столетия, что сиротянская цивилизация двигалась по этому пути, люди научились неплохо регулировать такие процессы.

    – Зелья и заклинания? – Флекс усмехнулся.

    – Даже на Земле никто не сомневается в эффективности различного рода ментальных техник, гипноза и аутотренинга, и доказательством тому является тот факт, что ты медитировал, когда сидел взаперти. Так почему же землянин смеётся над сиротянскими заклинаниями? С помощью специальных слов и фраз, маг особым образом настраивает себя, входя в резонанс с М-полем и увеличивая тем самым свои силы многократно. А что касается зелий, вспомни про наркотики и, всякого рода, допинги. Только на Сироте эти вещи умеют делать гораздо лучше, не в обиду Земле с её фармакологией, будет сказано.

    – Неужели вы верите всему, что рассказали? Эктоплазма, это всего лишь гипотеза! Научно её существование не доказано!

    – Только не на Сироте. Тебе, видно, так и не довелось держать в руках здешнюю валюту. Да, да! Те самые «блики», которые, я уверен, поставили в тупик твоё руководство, и из-за которых тебе пришлось жить под мостом.

    Фламер поднял правую руку и каким-то особым образом пошевелил пальцами.

    Между большим и указательным появился маленький светящийся шарик.

    – Потрясающая вещь, не правда ли? Выходы эктоплазмы встречаются иногда в верхних пластах, правда, очень редко. И хорошо, что редко, иначе, на чём строить экономику в мире, где золото можно варить из глины, а бриллиант в двадцать каратов вырастает за неделю в керамическом горшке? Знаешь, на Сироте ведь практически нет уголовных преступлений. Всё потому, что эти деньги нельзя украсть, нельзя отобрать. Можно заработать, можно принять в дар, можно даже, если повезёт найти. Вот так, – Фламер любовно покатал шарик между пальцами, – Политические заговоры, правда, достали…

    Флекс молчал пораженный.

    – Магия, – выдавил он из себя совсем бледный, – значит это не сказки… А культ? Здешняя религия – Культ Странника? Монастырь? Я был там, и видел… Это что, тоже…

    – Церковь Осевшего Странника – разговор особый. Братья знают. Так уж случилось, что для сиротян Вселенная сузилась до размеров этого мира, который, согласно нынешней трактовке, был пуст, пока Странник не спустился в него со звёзд, приведя за собой их предков. Но монахам Звёздного Храма известна истинная история появления человека на планете. Много веков берегут они эти знания, ожидая часа, когда нужно будет вернуть их людям.

    ***

    После этого разговора прошло три дня. Надо сказать, эти дни многое изменили в Ранчере и его взглядах на жизнь. Будь Флекс менее силён духовно, наверняка бы свихнулся, как бедняга Алекс. Но он не даром имел статус «А плюс» и носил громкое прозвище «Миномёт». Ранчер в состоянии был не съехать с катушек там, где менее подготовленный человек легко бы впал в полный ступор. Железная воля и стальные нервы позволили Флексу сохранить себя.

    Ранчер Флекс сидел на скамеечке в роще позади Звёздного Храма. Рядом примостился Фламер.

    – Знаешь, мне тогда тоже было очень трудно и страшно. Я был смят, ошарашен, сбит с толку. Увиденное на Сироте не укладывалось в моей голове. Весь мой опыт, все знания и убеждения восставали против этого. Потом я случайно узнал о существовании Храма Звёзд. Сам не понимая зачем, я пришёл сюда. Монахи отнеслись ко мне с участием, но без лишней назойливости. Братья не собирались ничего выпытывать у меня, они просто позволили мне жить здесь. И я нарушил Устав. Я рассказал им, кто я и откуда. Я думал, мне не поверят, но они даже не удивились. Служители поведали, что Осевший Странник предупредил их, что рано или поздно появятся люди из внешнего мира. Они сказали, что помогут мне, чтобы я смог помочь Ордане… Так называется эта планета по настоящему.

    – Скажите, Дик, то, что я видел в Храме, что это было? Будущее?

    – Я не знаю, что ты видел, в Храме каждый видит, то, что должен. Точно могу сказать только одно – тебе придётся осмыслить и понять увиденное. Монахи – великие мастера иллюзий, но они никому не посылают пустых видений. Люди приходят в храм, что бы разобраться в себе, и служители помогают им в этом. У тебя есть ещё вопросы?

    Флекс улыбнулся.

    – Как себя чувствует Клат?

    – Он в порядке. Хотя и несколько озадачен. Чтобы какой-то книжник так его отделал!

    – Клат ваш человек?

    – Он служит Первому Лорду, причём предан ему всей душой. Но учти, это государственная тайна. Нынешний Первый, надо сказать толковый парень, как раз в таком правителе сейчас и нуждается этот мир. Я надеюсь, он сумеет сплотить вокруг себя знать и укрепить государственность. А то совсем распоясались. Да и на Островах неплохо бы порядок навести в кои то веки. Лично я ему буду помогать во всём. Пора выбираться из средневековой дикости. Лорд Мэнгис же – фигура влиятельная, с амбициями. Вполне может стать опорой будущего заговора. И ума у него не в пример барону Нарху, во сто крат больше. Такого человека оставлять без присмотра никак нельзя. Вот я и посоветовал Его Превосходительству пристроить к нему надёжного человека. Кое-чему меня в ЦГИ всё-таки научили, – Фламер подмигнул Флексу, – ну а то, что ты к Мэнгису попал, так это удача. А, может, судьба. Во всяком случае, наблюдать за тобой мне было несложно.

    – Значит, то, что вы меня раскусили – случайность, не зачитайся я тогда этой латынью, неизвестно, как бы всё повернулось, – Флекс опять растянул губы в улыбке.

    – Ну, это не так… Видишь ли, то, что к нам пожаловал гость с Земли, мне стало известно, чуть ли не раньше, чем тебе самому, но одно дело знать, а другое – иметь возможность, если что, вмешаться. Поэтому, когда ты, можно сказать, сам пришёл в дом, который находился под нашим наблюдением, я чуть ли не заплясал от радости.

    Флекс молчал, глядя вдаль. Стая весёлых птичек порхала между деревьев, незнакомой породы, ветер шевелил листья и они, в благодарность за эту ласку, шепотом шуршали что-то в ответ. Ранчер вдруг подумал, что давно уже не сидел вот так, спокойно, на траве или у речки. Металл кораблей, бетон небоскрёбов… Сотни миров, похожих друг на друга, как однояйцовые близнецы.

    – А знаете, Фламер, я рад, что всё вышло именно так. Мне, наверное, и впрямь не хватало этих ваших драконов. Но что делать дальше? Империя никогда не смирится с существованием чего-то неведомого у себя под боком. Против Сироты обратится вся мощь Земли. И рано или поздно, она найдёт способ сломить вас, и установить здесь своё господство. И всё тогда станет как везде, – Флекс помолчал немного и добавил задумчиво, – драконы превратятся в лягушек, как, вероятно было уже не раз. Ведь на каждой планете, которую мы заселили, когда-то были свои драконы.

    – Ну, мы тоже не лыком шиты. Кмилс одна, я думаю, может свалить с орбиты лёгкий крейсер, а уж если объединить усилия…

    – Дик! Остановитесь! Неужели вы, в самом деле, думаете, что у Сироты есть шанс в открытом столкновении с Землёй? Это нелепо! Нужно другое решение.

    Плечи Фламера опустились. Он как-то вдруг весь осунулся и даже стал выглядеть старше. Дик посмотрел на Ранчера, и во взгляде его промелькнула мольба.

    – Я очень прошу тебя помочь мне, Ранчер… ради драконов…

    Флекс молчал. В душе его зрело решение. Он уже знал, как спасёт этот мир. В конце концов, он – «Миномёт» Флекс и это его профессия – спасать мир… А потом он вернётся. Вернётся, чтобы остаться, как остался когда-то Странник. И его будет ждать Ноя.

    Эпилог

    Доджер Бак, Шеф Галактического Бюро Расследований сидел в своём большом, удобном кресле из кожи бандерлианского змеебыка и даже не делал вида, что чем-то занят. Все основные и резервные сроки выхода на связь агента Флекса прошли. На попытки ГБР связаться с ним, Ранчер не отвечал. Подходила к концу двадцатичасовая пауза, которую должны были выдержать военные перед операцией против Сироты.

    – Мистер Бак, циркуляр Дипломатического Регистра, – голос в селекторе был сух и скучен.

    – Чего они хотят? – Доджер Бак не был расположен сейчас читать какие-то дурацкие циркуляры.

    – Я зайду к вам, если вы не возражаете.

    – Хорошо.

    На пороге кабинета возникла секретарша с тяжёлой кожаной папкой в руках.

    – Они просят прояснить ситуацию. Час назад по гиперсвязи получено сообщение. Одна из провинциальных планет заявляет о своем суверенитете и просит об установлении дипломатических отношений. В настоящий момент к нам направляется их посол с полным комплектом верительных грамот.

    – А мы то тут причём? Это их работа, пусть и ворочаются!

    – В Дипреге слышали кое-что о последних событиях, и считают, что вы сумеете дать более подробную информацию, что бы не встречать гостей совсем уж в слепую. Планета называется Ордана, но больше она известна как Сирота.

    Доджер Бак подпрыгнул в кресле, одновременно ударив обеими руками по крышке стола. В разные стороны полетели стоявшие на нём предметы.

    – Как, как зовут посла?! Имя, его имя там указано?! – Доджер Бак почувствовал, что кровь уходит из сердца в печень и селезёнку.

    – О, да! – секретарша смешно округлила губы, пытаясь не дать вырваться на волю неуместной в такой ситуации улыбке, – Посла зовут Ранчер Флекс!

    Конец.